ГААВА
XVJ
от родной жизни и усвоив чужие начала жизни, подходим к на
шему прошедшему с готовой чужой меркой и , н е находя в ней
соответствующего этой мерке, относимся к своему прошедше
му отрицательно. Любопытное мнение высказывает Самарин
и о науке русской истории. «Историческая наука ,
-
говорит
он ,- зачалась в России вслед за переворотом (т. е. петровским),
перервавшим у нас живую нить исторического предания. От
того наука явилась не как плод созревшего народного само
сознания, а как попытка со стороны цивилизованного обще
ства, оторвавшегося от н ародной почвы , восстановить в себе
утраченное самосознание»
1
• В этой же статье есть и весьма
поучительное указание на немощь нашей науки , оторванной
от живого народного самосознания. «Все попытки,
-
говорит
Самарин,
-
определить (положительные свойства родового
быта) сбивались постоянно на черты семейного или общин
ного быта, и, по мере того, как выяснялось представление о
нашей старине, бесплотный призрак родового быта уходил все
дальше и дальше, так что, наконец, теперь он уже отодвинут в
доисторическую и чуть-чуть не допотопную эпоху»
2
В
1856
г. в «Журнале Министерства народного просвеще
ния» появилась статья известного нам Лешкова, в которой с та
ким знанием излагались права и обязанности русских общин, что
на нее с гордостью ссылался Беляев в своем ответе Соловьеву.
В самом конце
1856
г. происходил в Московском универ
ситете диспут о том же сочинении г. Чичерина, защищавше
го его как магистерскую диссертацию. На этом д испуте три
знатока
-
Крылов, Лешков и Беляев громили Чичерина, и
многочисленная публика принимала живейшее участие в этом
событии. Возражения Крылова были напечатаны в «Русской
Беседе» за
1857
г.,
NQ 4
и
5.
Спор этот имел большое влияние на дальнейшее изуче
ние внутреннего быта России. Естественно сознавалась нужда
вновь изучить этот быт. Результатом этого и было из вестное
нам классическое сочинение Беляева «Крестьяне на Руси ».
1
Русская Беседа .
-1857.- NQ 1.-
С .
112.
2
Там же.- С.
115.
472
