ГААВА
XI
греками, итальянцами, а самое многочисленное, русское по
теряло бы ее между финнами , которые слабее всех за падных
врагов славянских?»
1
Погодив вход ит в дальнейшие сообра
жения и доказывает, что ничего подобного не было и не могло
быть, и, наконец , по поводу последней выписки из Сенькав
екого о новоизобретенном русском языке, восклицает: «Нет,
нет, нет! Русский язык как польский , сербский , чешский , не
изобретен, не выдуман , не сочинен , не составлен!»
2
•••
«Мне
ние поверхностное и неоснователыюе, ложное!» присуждает
в другом месте Погодин
3
.
Поворот к изу чению наших древностей под крепляется
Грановским. Таким образом , опять, как в прошедшем столетии,
иноземцы стали судьями нашего исторического прошедшего,
вносили в него свои национальные воззрения и поворачивали
опять изыскания по русской истории в область наших древно
стей , более удобных для проведения произвол ьных и дей .
Влияние это быстро и сильно отражалось в московском
ученом мире. Мы видели, как разбирался в этом новом на
громождении иноземной работы Погодив , и как ему при его
тогдашних воззрениях трудно было справляться с этим и вы
водить изучение русской истории на прямую дорогу. Положе
н ие его было тем труднее, что через год с небольшим после
того, как он в Московском университете мог сосредоточиться
на одной русской истории , оставив всеобщую историю, что
было в
1835
г., на кафедре этой последней раздался свежий го
лос даровитейшего профессора, известного Грановского, но
раздался опять , как во времена молодых сил Каченовского, в
духе чистейшего западничества. Высота запад ноевропейской
культуры, широта ее свободы, высшее раз витие личности ,
раскрываемые столь даровитым профессором и в среде, столь
подготовленной дл я восприятия их, тем сильнее заслоняли хо
роший смысл нашего русского исторического движения , что
тогдашние времена далеко не походили на свободу русской
1
Погодин М. П. Лекции. Т.
1.-
С .
292.
2
Там же.- С.
292 .
3
Там же.- С .
297.
292
