бенев, С. 3аборовский, С. Зеленой, П . Калачев, Д . Образцов,
Д. Радцов, С. Романчуков, М. Тюхин, Д. Чечетов. Их фамилии
не являются патронимическими, производными от собствен
ных имен предков, что не является типичным для представи
телей социальных низов. Причислив условно этих дьяков к вы
ходцам из дворянства, мы получаем уже список из
138
имен
(75%
от общего числа).
Наконец, никаких предположений мы не можем высказать
о происхождении
32
дьяков с патронимическими фамилиями:
Я. Акакиев, И. Алексеев, Н. Алексеев, Г. Богданов, И. Васильев,
П. Данилов, Н. Дмитриев, С. Дмитриев, П. Евдокимов, Н . Емель
янов, Ал . Иванов, Ан . Иванов, Б. Ильин, П. Кузьмин, А. Мак
симов, И. Максимов, В. Мартемьянов, Г. Мартемьянов, Ф. Мит
рофанов, Н. Нальянов, П. Насонов, Е. Никитин, Т. Осипов,
Ф. Панин, Н. Перфильев, В . Семенов, А. Степанов, И. Степа
нов, Б. Тимофеев, И. Федоров, С. Федоров, Д. Яковлев. Пере
численные лица с одинаковой степенью вероятности могут
быть как дворянами, так и представителями других слоев насе
ления. Следует, однако, учитывать, что, согласно нашим под
счетам, несомненных выходцев из дворянской среды в рядах
столичного дьячества начала
XVII
в. было значительно больше,
чем несомненных представителей неслужилога населения
(первых, без всяких натяжек и предположений, мы насчитали
74,
вторых
- 7
человек). Соответственно, среди людей неясно
го для нас происхождения соотношение дворян и недворян
должно быть близко к этому: дворян было приблизительно в
10
раз больше. В таком случае, мы можем предположить недво
рянское происхождение еще
3
человек из перечисленных
выше лиц.
29-30
дьяков из этой группы, по всей видимости,
были выходцами из служилых людей.
Всего, таким образом, в результате наших (разумеется,
весьма условных) подсчетов получается следующая картина .
Приказные дьяки двух первых десятилетий
XVII
в. в подавля
ющей своей массе имели происхождение из среды дворянства
и детей боярских
-
их количество достигало примерно
90
% .
Выходцы из неслужилога сословия (преимущественно из ку
печества) составляли в московских приказах меньшинство
-
их численность вряд липревышала в начале
XVII
в.
10%.
Это
вполне соответствует подсчетам С.К. Богоявленского, по дан
ным хотарога в первой трети
XVII
в . количество выходцев из
дворянства в приказной среде колебалось от
79
до
87
%
572 •
Думается, что именно этим традиционным господством в
рядах приказнаго люда дворян объясняются обвинения рус-
524
