Г.ААВА
Vlll
По странной случайности это писано было почти в то
самое время , когда Пушкин пустил в ход вышеприведенную
эпиграмму на Карамзина , у которого потом просиживал ве
чера и успешно был украшаем в других своих шалостях же
ной Карамзи на .
Поклонник самодержавия, Карам з ин и в своей « Исто
рии», и в своих «Записках» всегда превозноси л перед госу
дарями, как и перед всеми , их идеалы, нравственные тре
бования , равно дл я всех обязательные. В этом отношении
он был смелее не только многих своих современников, но и
многих последуюших писателей. Он в эт и х случаях очень
приближается к славянофилам, т. е. ратует смело, прямо за
свободу мнения и живое общественное участие в делах. Это
направление его особенно ошутимо в его «Историю>, когда
он изображает великие моменты русской жи з ни , как Кули
ковская битва, русские завоевания в татарском мире и т. п.
Вот, например, картина сбора войск перед Куликовской бит
вой: «Казалось, что Россия пробудилась от глубокого сна:
долговременный ужас от имени татарского, как бы от дей
ствия сверхъестественной силы , исчез в их (русск их воинов)
сердце. Они напоминал и д руг другу славную победу Вол ж
скую: исчисляли все бедствия, протерпенные ими от варва
ров в течение ста пятидесяти лет, и дивил ись постыдному
терпению своих отцов. Князья , бояре-граждане, з емледель
цы были воспламенены равным усердием, ибо тиранство
ханов равно всех угнетало от преетала до хижины. Какая
война была праведнее сей ? Счастлив государь , обнажая меч
по движению, столь добродетельному и столь единоду шно
му. Народ до времен Калиты и Симеона , оглушаемый непре
станными ударами монголов , в бед ности, в отчаянии не смел
думать о свободе: отдохнув под умным управлением князей
московских , он вспомнил древнюю независимость россиян ,
и менее страдая от ига иноплеменного, тем более хотел свер
гнуть оное совершенно. Обл егчение цепей н е мирит нас с
рабст вом , но усиливает желание прервать оное»
1
•
1
История . Т.
5. -
С .
35, 36.
234
