40
А. А. Дмитриевский. Русские на Афоне
по сознанию самого о. Макария, <<любила его, кажется, больше ма
тери и следила за каждым его шагом>>. С шести лет его засадили за
<<букварь•> под руководством одной весьма начитанной крепостной
женщины, а затем вскоре же заменили его <<Часословом•>, по которо
му бойкий мальчик начал читать скоро же быстро и толково. Успехи
в грамоте радовали дедушку, который постоянно брал с собой своего
любимого внучонка в часовню в надежде, что в будущем он и его
<<исправит•>. В этих видах он многое прощал своему любимцу и вся
чески его баловал. Так как мальчик был большой охотник до;ла
комств всякого рода, то его карманы всегда были ими переполнены.
Зная эту слабость своего семилетнего внука, дед однажды, возвра
тившись из старообрядческой часовни, начал вести с ним такую бе
седу: <<Нравится ли тебе в нашей часовне?>> Бойкий мальчик смело
ответил: <<Нет, у нас в церкви лучше>>. <<Чем?>>- продолжал допра
шивать дедушка. Мальчик ответил: <<У нас светлее и отворяются
царские двери, а у вас нет>>. Несколько времени спустя после этого
разговора бабушка призывает к себе внука и внушает ему: <<Дедушка
хочет тебя "исправить", но ты скажи ему, что я без батюшки не
смею>>. На другой день дедушка ведет такую речь к своему ребенку
внуку: <<Переходи к нам в часовню, мы тебя будем любить больше
других•>. Внук ответил в смысле внушения бабушки и при этом раз
рыдался на все комнаты. В скором времени от Ивана Дионисьевича
из Петербурга было прислано в Тулу письмо приблизительно сле
дующего содержания: <<Батюшка, Вы пишете ко мне, что желаете
присоединить сына моего Михаила к часовне, то я скажу вам вот
что, за что вперед прошу простить меня Христа ради. Вы разрознили
нас с собой и с братьями, о чем мы теперь немало скорбим. Вы пред
полагали поженить нас и тогда обратить в свою веру, но дела торго
вые изменили Ваш этот план. Мы остались навсегда разделенными
с Вами, ибо не предвидится никакой надежды, чтобы семья могла бы
когда-нибудь соединиться вместе. При помощи Божией дела наши
расширились. Если и старший брат Михаил Дионисьевич, находясь
так близко от Вас, не имеет времени побывать к Вам, то тем более Вы
мне это не позволите, а между тем время изменяется. Быть может,
моим детям, которых у меня четверо, когда-нибудь придется жить
вместе: трое пойдут в церковь, а четвертый или останется дома, или
пойдет неизвестно куда. Вы сами имели на опыте: когда перешли в ча-
