ГААВА
1
деятельного участия в европейских делах при Петре Вели
ком действующими на этом поприще из славянских народов
являются только два за пад ных: чешский и польский, оба ла
тинские по своей культуре>>
1
• Затем г. Спасович 1юказывает,
что при выполнении общей этим народам задачи - « противо
действовать прибою на Востоке германской волны» - Польша
была счастливее Чехии, и даже выста вляет на вид народность
и латинской иерархии в Польше, и польского шляхетства, т. е.
Латинство и польская народность кладутся как основы даль
нейшего развития Польши как ра з в противоречие образу дей
ствий г. Пыпина, который для своего отечества не усматри
вает таких основ ни в Православии, ни в русской народности ,
как данном факте не только новой , но и старой России ; но для
г. Спасовича и Польши г. Пыпин обязан призн ать за конными
их основы . Обязан он по следующим причинам. В дальней
шем изложении польской литературы г. Спасович постоян
но показывает, как латинская культура Польши приобщала
ее к Мировой цивилизации Европы и как при этом развива
лась польская народность нередко до всесл авя нского значе
ния. Для г. Пыпина
<...
>слова «Мировая цивилиза ция » уже
имеют значение догмата, поэтому ему невозможно не идти
за г. Спасовичем, а идти приходится далеко. Г-н Спасович не
поддался обстоятельствам , мешавшим , без сомнения, и ему
писать свою часть работы. Он широко раздви нул рамки поль
ской литературы- и по времени , и по объему л и тературных
явлений. Изложил он даже литературу польских эм игрантов
и литературу последнего времени до новейшего эм игранта
Крашевского включительно. Тут, как очевидно, захвачено
время и Петровское, и послепетровское, и как трудно будет
г. Пыпину справляться с воззрениями г. Спасовича , наперед
ему навязанными, можно судить по следующему примеру.
Г-н Спасович осмысливает и оправдывает самое антипатич
ное для г. Пыпина направление в л итературе
-
роман тизм,
закрепляющий, как извест но, народ ное чувство и уважение
к родному прошедшему, да еще осмысливает и оправдыва-
1
Пыпин А. Н., Спасович В. Д. История славянских литератур. Т.2.- С.
449.
48
