228
А . А. Дмитриевский. Русские на Афоне
скрытого военного оружия или секретных писем, оказались тщет
ными. На этом, однако, дело не остановилась. По окончании обыска
отцам приказана было следовать за ними для объяснения с пашой.
Отцы исполнили приказание и были отведены под конвоем во двор
суда, где должны были более часу ожидать приезда паши. Когда по
явился паша, опросил каждого вопросами: кто вы? и откуда? И, по
лучив ответы, молча удалился. Отцы продолжали стоять на дворе.
Наступила ночь. <<Ночь уже совершенно застигла нас в гостях~
-
иронически замечает о. Алексий в своем письме.
-
Турки и муJте
шар сами выразились, что мы у них в гостях, а не под стражей, но
избави, Боже, всякого человека от такой гостеприимности!>> Наkо
нец, уже поздно вечером отцов ввели в сторожевую комнату, где по
мещались караульные солдать1. От табачного дыма и зловония отцы
задыхались. Предложен был обед, но узники, несмотря на аппетит,
отказались от еды. Подан был кофе. Около полуночи отцов перевели
в комнату темницы, где днем принимаются арестанты. <<Пробыв ночь
в этой комнате,- пишет о. Алексий,- мы много передумали о своей
судьбе и всю ночь слушали звук железа, которым были скованы бед
ные узники-славяне. Звуки эти не давали нам спокойно спать. Уны
лый тон железа вонзался и в наши сердца. На другой день мы уже
ждали чего-то решительного в своей участи, но ее не было>>. В этой
комнатке, в страшной жаре, духоте и зловонии, голодными просиде
ли отцы целых три дня. Хлеба достать было им трудно, но если и до
ставали, то он <<от скорби и тесноты сердечноЙ>> не съедался . Через
три дня отцы были отведены и временно водворены уже в настоящей
тюрьме, в полной неизвестности относительно своей участи. В кон
це недели им объявили, что они будут судимы военным судом, и в
субботу их водили в сераскириат, но потом снова водворили на преж
нее место. Суд не состоялся якобы потому, что судьи разашлись по
домам. В воскресенье объявили отцам, что они будут отправлены
для суда и следствия в Константинополь. В полдень даже провели
их под конвоем
50
человек солдат до параходной пристани и обрат
но назад в тюрьму по той причине , что в этот день не было парахода
в Константинополь. Утром в понедельник о. Алексий с товарищем
предстали на суд перед комиссией из пяти членов под председатель
ством мустешара Костантинидиса. Каждому из обвиняемых были
предложены следующие вопросы: кто и откуда родом? Для чего при-
