Г.ЛА ВА ХХ/1
ским «испомещен ием» от своих областных князей и старших
дружинников, подступали к ним в Москве, в Ду ме в звании
думных дворян , а по областям вместе с жителями городов и
черных волостей , особенно в бывших новгородских областях,
воодушевлялись старыми преданиями о вечах и вместе с эти
ми жителями подошли к боярам другим путем
-
на Земских
соборах. События Смутного времени , особенно в северной
половине России , с поразител ьной ясностью показывают этот
путь объединения всех слоев русского народа .
Но как при оценке старого строя, так и теперь внимание
нашего автора обращено в другую сторону. Он старается объ
яснить эту, по его мнению, косность правящего кл асса , и вид ит
причину этого в экономическом положении боярства .
Нам уже известно мнение автора, что русское население,
как бы запертое в углу Оки-Волги , стало прорываться еще в
XIV
веке за эти пределы на юга-восток, и особенно на север.
В
XV
веке автор видит как бы некоторую остановку движения
и усиление земледелия в средней волжской пол осе России .
Само правительство принимает меры прот ив подвижности
установлением Юрьева дня
1
• Но затем , особенно в
XVI
веке,
происходит сильное колебание .
Народонаселение прорыва
ется на юга-восток к Дону и за Дон , даже стремится в Лит
ву. Автор почему-то не говори т о движении русского народа
к Уралу, начавшемся задолго до появления на сцене Ермака.
Причину возобновившегася движения народа автор ви д ит в
хищническом хозяйстве,
-
в неразумном истощении зем л и .
«Уже во второй половине
XVI
века, - говорит он,- остатки
поземельных описей поражают обилием пашни перел ожной
и лесом поросшей , количеством пустошей , " что были дерев
ни", в ближайших к столице уездах». Почти в каждом имении ,
даже п ри каждом крестья н ском поселении , сверх трех полей
пашн и паханой , существовал перелог, обыкновенно гораздо
более обширный, часто - втрое и л и вчетверо. Независимо от
этого являлись большие сплошные пространства « порожних
земель», которые отмечались в писцовых книгах словами:
1
Русский Архив.-
1882. -
N2
1,
статья князя Черкасского.
648
