тому вводятся в обман; может быть, те идеи, которые
nод
48 "
широты находятся в полном цвету, мерз нут
под
60 "
или здесь недостает те nлоты, необходимой
для восприятия чувствований. Гримм многое по
расскажет Вам по этому п оводу1>
(145).
Нам н е и з
вестно, что рассказывал по этому поводу Гримм при
свидании с графом Нессельроде; но в сво их письмах
Гримм nодтверждает им е нно n ервую догадку Бау
ера: «Дидро был здесь таким же чудаком , как и в
Пар иже, и так как здесь вовсе н е nривыкли ни к ч ему
nодобному, то он оказался еще более странным 1>:т.
Другими словами: судили и осужд<:u1и Дидро за его
странности, шокировавши е п етербургское общество,
воспитанное исключительно на пн е шнем лоске.
У Дидро были недоброжелатели, но не в Петер
бурге, а в Париже и Берлин е.
Один из парижских книгопродапцев, оскорблен
ный nисьмом Дидро, попавшим в п еч ать, рас п ускал
про н е го всевозможны е н еле пости , иногда даже
оскорбительные сплетни, которы е, впроч ем, не до
ходили до Дидро
318 .
В Берлине былинедовольны Дидро за то, что он
н е желал посетить короля Фридриха
11,
о ч ем так
много хлопотали в Петербурге и посол граф Сольмс,
и полковник граф Герц
(146).
Но псе это ни мало н е
касалось п етербургского общестпа.
Наконец, если и принять за достоверное, что
<<Дидро встретил со стороны Павла Петрович а
холодный прием >>
(147) ,
то ни положени е велико го
князя при дворе Екатерины , ни его отношения к п е
тербургскому обществу н е могут служить опровер
жением слов Дидро о хорошем при еме, оказанном
ему русскими вельможами.
140
