226
Громыко. Андрей Громыко. Полет его стрелы
-
Мы, Анатолий, находимся в капкане конфронта
ции. Я не вижу, как мы из него выберемся и выберемся
ли вообще.
Позднее мне рассказали, что Мерцин, на вид пышу
щий здоровьем мужчина, неизлечимо болен. Он вскоре
умер, а наш с ним разговор глубоко запал мне в память.
Оказывается, многие немцы, так же, как и мы, задаются
вопросом: «Быть или не быть?» И только людям, уто
нувшим в житейских буднях и не знакомым с характером
ядерной войны, он покажется надуманным. Земная ци
вилизация дала духовную трещину, она чсе расширяется,
и, похоже, нет раствора, который бы ее скрепил.
-О черт! -подумал я после этой вс1Jречи.- Сколько
мы еще будем жевать доктрину «мирного сосущество
вания», о которой внятно не сказал даже Ленин. Неуже
ли наша идеология не способна на большее? Социализм
должен быть самой гуманной системой, а· мы стали пу
галом. И хотя одни советские позиции справедливы, дру
гие вызывают к нашей стране антипатию и даже вражду.
Зачем нам стоять с большой армией в центре Европы? Не
лучше ли обеспечить нашу безопасность борьбой за нейт
ральную и объединенную, конфедеративную или даже
федеративную Германию? Очень нужны новые подходы
к мировой политике, старые умирают.
Обратно в Москву мы с журналистом из «Литератур
ной газеты» Володей Ломейко ехали поездом, в пути
разговорилисьи убедились, что оба обуреваемы одной и
той же мыслью: «Где выход из лабиринта неприязни и
вражды?» Мы постепенно пришли к решению написать
совместно книгу о том, как их преодолеть. Володя пред
ложил назвать ее «Философия мира», но позже мы ос
тановились на другом заголовке
-
«Новое мышление в
ядерный век». Эту книгу мы написали за три месяца, и
летом
1984
года она была издана тиражом в
100
тысяч
экземпляров и быстро распродана.
Поломаревекая команда (их. шеф, долгое время кон
курировавший с Громыко за влияние на лидеров стра
ны, так и не стал членом Политбюро) недовольно брюз-
