списку (списку
1598/ 99
г.) показывает, что в перечне дьяков
на первых позициях стоят в основном дьяки из первой группы
(примыкающие по своему происхождению к московским дво
рянам). Для прочих дьяков их место в иерархии определялось
приказом, который они возглавляли. Это верное предположе
ние было высказано А.П. Павловым
629
• Действительно, при
изучении последовательности дьячьих имен в боярских спис
ках конца ХVI-начала
XVII
вв. обнаруживается, что в начале
списков стоят руководители важнейших ведомств (Большого
дворца, Разрядного, Поместного приказов, Казанского двор
ца, Большого прихода), замыкают списки имена дьяков второ
степенных ведомств
-
судных, Холопьего, Челобитнога при
казов, Земского двора. Этот фактор, пожалуй, играл наиболь
шую роль в определении статуса дьяка.
Итак, положение дьяка определялось несколькими слага
емыми, среди которых самым значительным было место воз
главляемого им ведомства в приказной иерархии. В меньшей
степени влияли на статус дьяка его происхождение и стаж
приказной службы. Впрочем, они также играли свою роль:
дьяк из московских дворян мог с большим основанием ждать
назначения в один из самых главных приказов. Равным обра
зом, по мере накопления опыта приказной службы, дьяк полу
чал назначения на более ответственные посты. В целом, как
представляется, говорить о бюрократичности московского дья
чества начала
XVII
в. нет достаточных оснований. Дьяки мос
ковских приказов не составляли особой социальной группы,
принадлежа всецело (по происхождению или приобретенному
статусу) к служилому сословию, дворянству. Место дьяка в
иерархии представителей его чина определялось не столько
временем пожалования в дьяки и стажем службы, сколько про
нехождением и старшинством возглавляемого учреждения.
В этом плане дьячество отчасти напоминает верхушку слу
жилого сословия с его местническими традициями. Для пред
ставителей верхушки государева двора существовала иерархия
постов и назначений: служба в Новгороде считалась <<честнее>>
службы в Пскове, воевода Большого полка был выше воеводы
Сторожевого полка и т.д. Равным образом, иерархия такого же
рода наблюдается и в московских приказах: Разрядный при
каз был выше четвертей, Владимирский судный приказ счи
тался <<честнее>> Московского судного. Однако следует указать
на существенную разницу. Представители высших чинов го
сударева двора получали назначения на наиболее почетные
должности в соответствии со знатностью своего происхожде-
553
