-----{(~
___
с_~_IД_ь_б_ь_,_м_о_с_к_о_в_с_к_н_х_н_а_:з_в_а_ff_н_й
_ _
~)l-----
Начальный период этого социального катаклизма описал со
временник Андрея Белого, писатель Борис Зайцев, в очерке <<Ул и
ца Св. Николая >> . (На Арбате находилось три церкви во имя Ни
колая Чудотворца - Никола в Плотниках, Никола в Песках и
Никола Явленный.) Писатель создает образ улицы , находяшейся
в процессе перемен, которым был свидетелем. Сначала он вспо
мин ает Арбат прежних - дореволюционных- времен, когда по
нему <<Снегом первым летят санки, и сквозь белый флер м а нны
сыплюшейся огневиста золотеют все витрины , окна разные Эй
немов , Репере , Филипповых , и восседает "Прага", сладост
ный магнит>>, и переходит к рассказу об Арбате
1918-1920
годов:
«...
Утро занимается над городом
...
П ар от всего валит, что
дышит. Как много серебра , как дешево оно! И на усах, и на
обмы з ганных воротниках пальтишек людей жизни новой. Люди
новой , братской жи з ни , парами и в одиночку, вереницами,
как мизерабли (фрапц.- нищий , униженный , ничтожный.
В. М.) дол ин адских, бегут н а службу, в реквизированные особ-
няки , где среди тьмы бумаг, в стукотне машинок, среди брито
сытых лиц начальства в куртках кожаных и френчах будут созда
вать вел ичие и благоденствие страны. Вперед, вперед! К светло
му будущему! Братство народов , равенство , счастье всесветлое .
А пока что все ворчат. И как будто ненавидят ближнего. Тесно
уж на тротуарах , идут улицей. Толкаются, бранятся .
Барышня
везет на саночках поклажу. Малый со старухой , зад ыхаясь , та
щит на веревке толстое бревно, откуда-то слимоненное . А ма
газины, запертые сплошь, уныло мерзнут промороженными стек
лами. И лишь "Закрыты е распредел ители " привлекают очереди
мизераблей дрогнущих - за полуфунтом хлеба. Да обнаженные
витрины двух иль трех советских лавок выставляют пустоту свою.
Но не задумы ва йся , не заглядывайся на ничто: как раз в мороз
ной мгле ты угодишь под серо-хлюпающий , грузный грузовик с
торч ащими на нем солдатами, верхом на кипах, на тюках мате
рии или на штанах, сотнями сложенных. А может зада вить авто
мобиль еще иной - легкий, изя щный . В нем , конечно, комис
сар - от военно-бритых гениальных полководцев и стратегов ,
через товарищей и з слесарей, до спецов, совнархозов - эти
буржуазней и покойней. Но у всех летящих общее в лице : как
важ но! Как велико! И сиянье славы и самодовольства освещает
весь Арбат. Проезжают и на лошадях .
Солдат на козлах или
личность темная, неясная. В санях , за полостью- или второ-
404
