Босфор и Дарданеллы, на Балканах, зоне Персидекого за
лива. И хотя было ясно, что эти предложения делались уже
как бы по инерции, Молотов продолжал гнуть прежнюю ли
нию.
В том же контексте следует рассматривать и его перего
воры с новым японским послом в Москве Татэкавой. Моло
тов вновь повторил, что вопрос о пакте о иенападении сопря
жен с территориальными проблемами возвращения СССР
Южного Сахалина и Курильских островов, а если японская
сторона не готова к ее рассмотрению (в чем у Москвы не
было ни малейшего сомнения), то СССР предлагает заклю
чить пакт о нейтралитете с одновременным подписанием со
глашений о ликвидации японских концессий на Северном
Сахалине, так тревоживших СССР. Советская сторона, не
декларируя этого, конечно, учитывала, что пакт о иенапа
дении не может быть заключен и в связи с позицией СССР в
отношении Китая, борющегося против японской агрессии,
а также в связи с антияпонской позицией США. При этом
Молотов отмечал, что пакт о нейтралитете <<дает все необ
ходимое для того, чтобы развязать Японии руки для ее дея
тельности на юге>>
38
•
Как показывает К.Е . Черевко, эта позиция СССР нашла
отражение в телеграмме НКИД СССР советским полпредам
в Японии и Китае от
14
июня
1940
г . , то есть за несколько
недель до осенних переговоров Молотова с японским послом
в Москве . Там четко говорилось о том, что пакт о иенападе
нии нежелателен, так как это может вызвать раздражение
США и Китая, но необходимо вести дело к такому соглаше
нию, которое позволило бы Японии почувствовать, что ей
ничего не угрожает на севере
39
•
Таким образом, к концу
1940
г. провалеиная в Берлине
идея <<пакта четырех>> продолжала жить, обращенная уже к
Востоку . СССР шел на подписание с Японией такого согла
шения, которое позволило бы обезопасить СССР от японско
го нападения на Дальнем Востоке и одновременно позволя
ло Японии почувствовать себя уверенно на севере с тем, что
бы подготовиться к продвижению на юг, где она неизбежно
- 445 -
