можность Германии как раз предоставляли. Однако обе сто
роны прекрасно понимали хрупкость этих договоренностей .
Аппетиты Германии быстро росли, фашистский рейх стре
мился установить <<новый порядок •> в Европе. Восточные ее
регионы (Прибалтика, Украина, Кавказ, чисто русские зем
ли) постоянно входили в сферу его интересов. С другой сто
роны, Советский Союз не добился желаемых результатов в
борьбе за Финляндию, а Балканы, проливы в течение веков
также являлись сферой приложения российской политики.
Поэтому соглашения
1939
г. с Германией не только удо
влетворяли определенные геополитичесi'-Ие интересы Рос
сии, не только компенсировали чувство глубоко затаенного,
прикрытого революционной риторикой государственного
реванша, но и указывали дальнейшие направления совет
ской политики .
К тому же оба будущих противника шли по пути реали
зации своих амбициозных идеологических замыслов: гит
леровское руководство мечтало о <<новом порядке
•>
для всей
Европы, Сталин и его соратники все чаще и чаще говорили
о том, чтобы использовать тяготы мировой войны для углу
бления кризиса капиталистической системы, его последую
щего развития и расширения сферы коммунистического
влияния на весь буржуазный мир. Две глобалистских идео
логических стратегии шли в лобовое столкновение друг с
другом. Не случайно в одном из директивных идеологиче
ских советских документов весны
1941
г . говорилось, что
хотя между Германией и Советским Союзом заключен пакт
о ненападении, <<было бы глубоко ошибочным питать иллю
зии относительно этогопакта и считать, что столкновение
между СССР и Германией невозможно, и, что, якобы, гер
манские национал-социалисты отказались от своих антисо
ветских планов
...
Нельзя забывать, что все без исключения
капиталистические государства потенциальные враги
СССР. Внешняя политика СССР
-
это классовая полити
ка•>
27 .
Причем ни германское, ни советское руководство не за
думывалось над тем, каковы будут дальние последствия
победы того или другого режима в Европе, какие новые
- 435 -
