мания после капитуляции Франции и относительной неу
дачи СССР в войне с Финляндией откровенно шла к всеев
ропейской гегемонии. Теперь для обеих сторон стало ясно,
что войны не избежать. Серьезные переговоры закончились
серьезным провалом. Это в Москве поняли очень хорошо, и
никакая <<дезинформация>> и <<маскировка >> здесь были, ко
нечно, ни при чем.
Дипломатические переговоры между СССР и Германией
в ноябре
1940
г. показали, что советское руководство сто
ит вполне на уровне тогдашних политических стандартов.
Прав, видимо, был такой проницательный и честный писа
тель, как М . М . Пришвин, отметивший в октябре
1939
г. в
своем дневнике: <<Открывается политика, похожая на борь
бу двух зверей. Коварство необычайное, но дипломатиче
ские, военные и охотничьи хитрости
-
явление обычное
между зверями >>
36
• В это звериное обличие вполне может
быть зачислен и англо-французский блок, растерявший в
эти весенние дни политическую инициативу, обыгранный
по всем звериным законам своими противниками, но зата
ившийся до поры до времени. Сюда же может быть отнесе
на и Япония, готовящаяся к решающему прыжку в Юго
Восточной Азии и на Дальнем Востоке.
К осени
1940
г. стало вполне очевидно, что западному
блоку не удалось столкнуть Германию и СССР; Гитлеру не
удалось направить СССР против англо-французского блока,
а Сталин не сумел заручиться прочными заверениями в под
держке внешней политики СССР ни со стороны Германии,
ни со стороны западного блока. Политическая игра в этом
мировом треугольнике продолжалась. Все ее участники
преследовали в ней свои эгоистические глобальные цели,
не заботясь ни о проблемах морали, ни о каких-либо других
высоких целях.
С осени
1940
г. советское руководство начинает действо
вать уже вполне вразрез с устремлениями Германии. Бол
гария получает предложение заключить с СССР договор о
взаимной помощи. Молотов
17
января делает заявление
германскому послу в Москве о том, что Болгария и проли
вы-это зона безопасности СССР . В ответ в марте
1941
г.
- 441 -
