территориями, испокон веков дающими России опредеЛен
ные территориальные преимущества, причем с привнесе
нием туда новых революционных порядков, то для Гитлера
это была временная сделка, временная тактическая уступка
с ближним прицелом на овладение теми же территориями и
привнесения туда своего <<нового порядка >>.
Уже с весны
1940
г. это стали отчетливо понимать и в
Москве. Именно в это время Сталин сделал отчаянную по
пытку зацепиться за пакт, прояснить обстановку по поводу
того, насколько он еще действенен, получить от немцев на
этот счет определенные гарантии и продолжить использо
вание пакта, и в первую очередь << Секретного Протокола>>,
в своих революционно-гегемонистских и геополитических
целях.
В ноябре
1940
г . по приглашению немецкой стороны Мо
лотов прибыл в Берлин. В послании Сталину по поводу при
глашения Председателя Совнаркома и советского наркома
иностранных дел Риббентроп отмечал, что главная задача
этих переговоров скоординировать действия держав оси и
СССР, <<согласовать свои долгосрочные политические цели
и, разграничив между собой сферы интересов в мировом
масштабе, направить по правильному пути будущее своих
народов>>
28
•
Само приглашение и ход переговоров большинство со
временных историков оценивает как обычную со стороны
Германии дипломатическую дымовую завесу, особенно если
учесть, что Гитлер давно уже вынашивал планы нападения
на СССР. Однако, как показал Ю.П. Бокарев, директива
N2 21,
говорящая о начале подготовки к этому нападению и
датированная
18
декабря
1940
г., была принята, во-первых,
уже после зашедших в тупик переговоров с Молотовым в
Берлине, во-вторых, после серии новых гитлеровских ди
ректив, посвященных в основном стратегическим и такти
ческим задачам германской армии на западном фронте и,
безусловно, усиливающих позиции Германии в ее противо
стоянии с Англией
29
•
Поэтому переориентация Гитлера на борьбу с СССР в
известной степени была вызвана тем, что и СССР, и Герма-
- 437 -
