Г.ААВА
XV
но не превращаемом в холопство . Это только и вошло в Наказ.
То, что мысль об освобождении крестьян с землей не прошла в
екатерининский черновой Наказ, ясно показывает, что Екатери
на не освоилась с этой мыслью или , лучше сказать, Екатерина ,
смелая при решении вопросов в теоретической области, за что
могла стяжать славу у заnадноевроnейских философов и nубли
цистов, в жизни практической была по этому делу очень не сме
ла и весьма далека от nриз нания свободы русского крестьянина .
Но и теоретическая ее смелость часто совсем исчезала во время ,
например, гайдамацкой смуты и Пугачевского бунта. Смелость
эта исnарялась, как нечто случайное, а для русской nрактиче
ской жизни и для истории осталась та логичность, что, как в
начале своего царствования Екатерина объявляла нормальны
ми сословия госnод и креnостных, так и во все свое царствова
ние охраняла такое nоложение
1
• В этом отношении Екатерина
стояла рядом с большинством русских людей и это легко ви
'
В первые дни своего царствования , именно
3
июля
1762
г., Екатерина по
поводу крестьянских волнений , повторила Указ Петра
111
(см.: Беляев « Кре
стьяне на Руси ». -С.
304, 306),
в котором говорила : « Понеже благосостоя
ние государства , согласно Божеским и всенародным узаконениям , требует,
чтобы все и каждый при своих благонажитых имениях и правсетях сохра
няемы были , так как и напротив того, чтобы никто не выступал из пределов
своего звания и должности , то и намерены мы помещиков при их имениях
и владениях ненарушимо сохранять и крестьян в должном им повиновении
содержать» . - Соловьев С. М. История России .
Т.
25.-
С .
145, 146.
Перед
сам ым созывом законодательной Комиссии , в
1765, 1766
гг. Екатерина дала
помещикам право ссылать крестьян в Сибирь и даже в каторжные рабо
ты, т. е. лишать части или всех прав гражданских (Беляев.
-
С .
307),
и при
этом запрещено всем вообше крестьянам подавать государыне жалобы
на помещиков (Там же.
-
С.
308).
В самый год созвания Комиссии
(1767
г.)
обнародовано, чтобы помещичьи люди и крестьяне не верили слухам о
перемене законов и имели бы к помещикам своим должное повиновение и
беспрекословное послушание (Там же.
-
С.
308, 309).
После Комиссии по
ложение крестьян стало еще хуже. Грамота Петра
111
о свободе службы дво
рянства утверждена Екатериной в
1785
г., а крестьяне даже открыто при
знаны в
1792
г., такой же принадлежностью помещичьего имения, какдругие
его части , даже подведены под категорию движимого имения и могли быть
описываемы и продаваемы , только запрещено при продаже крестьян за
долги помещиков употреблять молоток, вероятно, чтобы не допустить со
вершенного уже сходства русских крестьян с невольными неграми. -Та м
же.- С.
313).
После этого не может быть спора, твердо ли Екатерина стояла
в своих отвлеченных принципах касательно свободы крестьян .
444
