ГА АВА
Xll
чивое совмещение начал Шафарика и Шлецера и непризнанис
строительной работы нашего удельного периода.
Погодин , подобно Карамзину, обращал преимуществен
ное вниман ие на развитие у нас государственности. Это для
него, как и для Карамзина, было главной побудительной при
чиной принять норманнскую теорию призвания князей, ко
торая давала такое легкое средство сразу объяснить целый
начальный период нашей истории . Шафарик со своим славян
ским взглядом на значение России не мог мешать этой теории ,
а , напротив, закреплял ее. При та кой теории наш удельный
период является действительно чудовищной помехой видеть
дальнейшее развитие государственности , основанной и так
хорошо двинутой норманнами , и должен был возмущать этих
наших историков своими явлениями , никак не подходя щими
под их теорию. Таким образом , наши ученые немцы не только
затрудняли нам разъяснение наших древностей, но и засло
нили правильное понимание нашего удельного периода. Тут,
впрочем , их вина ослабляется другими , посторонними для
них обстоятельствами.
Мы не раз показывали, как наши историки старались по
скорее прорваться сквоз ь немецкий туман наших древностей
к тому центру тяжести нашей истории
-
Московскому едино
державию, в котором ясно уже ви д на цельность и полезность
развития нашей жизни. Погод ин не менее других, есл и не
более, стремился к тому же центру. Он им жи л, пи тался его
идеями и явно переносил эти идеи на нашу древнюю жизнь,
на которую от ее начала смотрел , как н а подготовку или поме
ху к развитию этого центра - Московского единодержавия . В
одном месте своей «Историю> Погод и н особенно ясно обнару
живает этот именно взгл яд. По поводу упоминания в летопи
си в первый раз Москвы , где в
1147
г. съезжался со своими со
юзниками Юрий Долгорукий во время борьбы его с киевским
Изяславом Мстиславичем , Погодин в восторженных словах
изображает историческое значение Москвы , как действитель
ного исторического средоточия России. «Что за имя (Москва)?
Какое странное! В первый раз только оно (слово
-
Москва),
312
