рот. Однако и они помогают в значительной степени скоррек
тировать бытующие представления об истории приказнаго
строя. Так, в ходе исследования удалось установить, что между
некоторыми нарративными источниками, повествующими о
состоянии государственных органов Московского государства,
существует связь. В частности, известный трактат Дж. Флет
чера
<<0
государстве Русском>> послужил толчком и внекоторой
степени первоосновой для составления в конце
XVI
в. <<Писа
ных законов России>>. Сочинение Ж. Маржерета, в свою оче
редь, писалось с опорой на эти два английских сочинения. Ав
тор <<Писаных законов>> (по моему предположению им был анг
лийский переводчик Посольского приказа Иван Фомин) стал
впоследствии информатором голштинского автора Адама Олеа
рия в той части его труда, где повествуется о московских прика
зах. По-новому посмотреть на эволюцию приказнаго строя в на
чалеХVП в. позволило уточнение времени написания <<Записки
о царском дворе>> -памятника времени правления Лжедмит
рия
I,
а не периода междуцарствия, как считалось ранее.
Нужно констатировать, что показаниям нарративных ис
точников следует доверять больше, чем привыкли ученые.
R
сожалению, сталкиваясь со случаями, когда источники про
тиворечат теоретическим построениям, исследователи обык
новенно выносят обвинительный вердикт автору источника,
который якобы понимал современную ему ситуацию хуже, чем
ученые, живущие через несколько столетий. Именно этим об
стоятельством объясняется господство в исторической науке
неверной схемы складывания системы четвертных приказов.
Исследователи затратили массу сил для того, чтобы доказать,
что четвертные приказы были самостоятельными ведомствами
уже в середине
XVI
в. При этом совершенно правильное указа
ние Дж. Флетчера на то, что четвертными на момент его пребы
вания в Москве
(1588-1589
гг.) были, собственно, Посольский,
Разрядный, Поместный приказы и Казанский дворец, трак
товалось как ошибочное.
Немало интересных выводов можно сделать, подвергнув
источниковедческому анализу материалы приказнаго делопро
изводства. Так, удалось установить, что известный боярский
список
1611
г. (по крайней мере, в части, содержащей список
дьяков) составлялся и функционировал в лагере
I
Ополчения
уже весной
1611
г. "Уточнить служебные биографии многих
дьяков позволило определение времени сбора их подписей для
удостоверения <<утвержденной грамоты>> царя Михаила Федо
ровича. Существующее убеждение, согласно которому дьяки
575
