более проевещенные предшественники, соратнитси и даже
оппоненты- такие, например, как Троцкий, Бухарин, Ша
пошников, Тухачевский.
Ответом на подобные идеологические пассы на Запа
де были, естественно, страх, ненависть, подготовка вой
ны на уничтожение этого грозящего мировой буржуазии
революционно-тоталитарного воинственного государства.
Говоря о характере советского государства тех лет, сле
дует отметить, что его сердцевиной, кроме революционно
тоталитарного содержания, был и традиционный для
России авторитарно-государственный геополитический
подход к внешней политике страны. В свое время такой тон
кий аналитик и знаток Советской России 20-30-х гг., как
Э. Карр, заметил, что, чем далее страна уходила от времен
революции, тем менее ощущался разрыв преемственности,
столь резкий вначале, тем более ощутимым становились в
ее политике черты схожести, <<НОВЫЙ>> и <<прочный синтез >>
по отношению к старой России. На первый план выходят
вечные <<национальные интересы страны >>
13 •
Об этом много
кратно говорилось и в ряде других зарубежных работ. Эту
научную версию советские историки полностью отрицали
как фальсификаторскую, неотроцкистскую и т. п. Однако
сегодня уже в новых исторических условиях и с новыми
знаниями истории нашего Отечества мы должны, думается,
снова вернуться к этой точке зрения.
История России складывалась так, что на протяжении
веков все последовательно сменявшие друг друга государ
ственные центры страны и представлявшие их государствен
ные структуры выполняли весьма схожие внешнеполитиче
ские функции . Складывающиеся на Восточно-Европейской
равнине государства неизменно ощущали, с одной стороны,
мощное давление степи, за которым с течением времени
встала Османская империя, и натиск западных противни
ков- с другой. Среди них столетиями оставались Польша,
позднее Польско -Литовское государство, Швеция, Ливо
ния, позднее Германия . Чтобы существовать на этой рав
нине, не утрачивая своей независимости и самобытности и
древняя Русь, и Владимиро -Суздальская Русь, и Москов-
- 419 -
