Глава
IV.
Эйфория ожиданий и горечь разочаро
вают, но затем, проинформировав Рейгана, дали понять,
что для
CIIIA
все это совершенно неприемлемо. Предлог
им для этого дал сам Горбачев, связав свои предложе
ния с требованием к США отказаться от испытаний и
размещения в космосе противоракетного оружия. В Рей
кьявике произошло крушение встречи в верхах. Именно
так расценила ее итоги американская и западиоевропей
екая печать. В воздухе снова запахло «холодной вой
ной». Изображать хорошую мину при плохой игре ста
новилось все сложнее.
По возвращении из Рейкьявика, выступая по советс
кому телевидению, Горбачев постарался подчеркнуть
«полезные итоги» встречи для будущего советеко-аме
риканских отношений. Я слушал его со смешанным чув
ством, так как после Женевы это была вторая безрезуль
татная встреча. Я понимал, что ни та ни другая встреча
не были серьезно подготовлены по дипломатическим
каналам. Можно было ясно представить, как были оза
дачены американцы стремлением Горбачева поставить
в неловкое положение Рейгана. Это могло привести к
новому застою в отношениях между русским медведем
и американским орлом.
Мои опасения в дальнейшем подтвердились. Вашин
гтон на время отключился от активного взаимодействия
с Москвой. Америка подходила к промежуточным но
ябрьским выборам в конгресс
CIIIA.
Республиканцы на
этих выборах потеряли контроль над сенатом, в руки де
мократов перешло руководство его влиятельным коми
тетом по иностранным делам. Рейгана стало донимать
скандальное дело «ирангейт», связанное с незаконны
ми операциями ЦРУ и ряда помощников президента .
В США укреплялось мнение, что Рейган не контрали
рует американскую внешнюю политику. Все складыва
лось таким образом, что Рейгану, как к Горбачеву, стал
необходим успех во внешних делах, особенно в отноше
ниях с Москвой.
К началу
1987
года Советский Союз сохранял статус
сверхдержавы. Имя Горбачева имело большой резонанс
195
