была совсем другая, тогда у многих домовладельцев были
густые, обширные сады и огороды , окруженные тынчаком
(бревна, поставленные стоймя). Не когда существовали в
Москве Подкудринеки е рощи, Тверской Вражек и Коз иш
ские топи*. Тогда многие у себя в садах и на берегах рек и
речек правили Семик , а загадывали на Краснохолмсi<Ом и на
Дорогомиловеком мосту.
Впоследствии все небольшие се
мицкие сходбища заменялись одним общим гуляньем в Ма
рьиной роще, особливо когда перевели к ней клаАбиLце .
В
конце прошедшего века еще нашивали и по Москве березки ,
разукрашенные лентами, разными яркими лоскутками и крас
ными платками, с песнями, бубнами , с балалайками и с прочи
ми громкими, ухорезными простонародными музыi<альными
орудиями, и почти у каждого дома и на дворе стояла березка,
окружая стол с яствами и питьем. Старожилы помнят, что у
почтамтской больницы стоял большой вяз
I<
которому, в день
Семика сходились каретники, басонщики [от басон
-
плете
ное изделие, служащее украшением одежды, мебел и (шнур,
тесьма, бахрома и т. д. ); здесь : басонный мастер , тесёмщик] и
пр. петь, пить и плясать, как бы в воспоминание того , что там
находился убогий дом и могилки , давно уже заровненные .
Семик, I<ак и Масленицу, называют честным. В старину
говорили: Семик
-
жених Масленицы , оттого и вышла по
гудка-прибаутка, как Семик ластится к Масленице и зовет ее
к себе в гости : «Душа моя Масленица , перепелиные I<осточки,
бумажное твое тело, сахарные твои уста, сладкая твоя речь,
красная краса, русая коса, тридцати братов сестра , сорока ба
бушек внучка, трехматерива дочка, кеточка, ясочi<а, ты _же моя
перепелочка » **. В прошедшем веке московсi<И Й Семик осо
бе нно стал раз гульно праздноваться в Марьиной роще.
«Нын е , то есть во день Семика , Мар1,ина роща у нас име
нинница » ,
-
говорили старожилы. Марьина роща в стари
ну была гораздо обширнее (из ее лесу , по преданию, рубили
*
Предания о старинной Москве, Макарова.
'"*
Описание лубочных картин русского народа. Ив. Мих . Снегирева,
1844
г.
278
