Глава
IV.
Эйфория ожиданий и горечь разоча
Горбачева и Громыко, не знал. Мне предстояло узнать
ее третьим.
-
Толя, в своей жизни я давно не испытывал такого
удивления, а затем раздражения, как от решения Гор
бачева о новом министре иностранных дел. Сначала я
не поверил своим ушам, спросил Горбачева, не ослы
шался ли. Он с улыбкой подтвердил свою кандидатуру и
при этом сказал, что, конечно, просит меня ее поддер
жать.
-
Михаил Сергеевич,
-
сказал я,
-
если вы хотите
услышать мое мнение по этой кандидатуре, то дайте мне
два дня на размышление. Для меня ваше предложение в
высшей степени неожиданно.
-Хорошо, -ответил Горбачев, -только не затяги
вайте с ответом. Мне не хотелось бы, чтобы ваш переход
на новую работу был быстрым, поработайте министром
еще один- два месяца, к лету нам надо с этим делом за
кончить, да и Эдуарду Амвросиевичу подготовиться к
переезду в Москву.
-
Что ты сказал?
-
воскликнул я.
-
Горбачев хочет назначить министром Шеварднад-
зе, товарища из Грузии.
Я стоял словно пораженный молнией. Слова отца не
укладывались в голове. Примерно так же удивился бы,
если бы отец сообщил, что его переводят на работу в Гру
зию. Я недоумевал, в решении Горбачева отсутствовала
всякая логика.
-
Шеварднадзе знает какой- нибудь иностранный
язык?
-
спросил я.
-Не думаю.
-
Он подготовлен к этой работе?
-Может быть.
-
Странное решение.
-Согласен. Не мне, а Горбачеву придется работать с
новым министрам, мои советы ему не указ. Я понял, что
Горбачев про себя этот вопрос решил окончательно, он
со мной не советовался, а только просил поддержать за
мену. Складывалась ситуация, когда я, в случае своего
173
