д Ф.
Topon.
Русская усадьба
219
Для какой-то части подмосковных это справедливо.
Но владельцев подмосковных <<высокого стиля>> трудно
причислить к пребывающим в вечной неге бездельникам.
Один лишь Юсупов считался искателем земных удоволь
ствий. НоАрхангельское он приобрел в
60
лет, когда был
уже пожилым человеком. Тем не менее, и в преклонном
возрасте он деятельно занимался украШением усадьбы,
своими поместьями и мануфактурами.
Хозяева удивительных подмосковных не были аске
тами. Но создать приличную обитель за городом они мог
ли бы с куда меньшей тратой сил и средств . Ведь иные,
равные им по богатству и могуществу люди, вели загород
ную жизнь в более скромных условиях.
Тем, кто хотел пожить для.::ебя, было на что тратить
деньги. Одни проигрывали в карты гигантские состояния,
другие устраивали грандиозные охоты, третьи роскоше·
ствовали на заграничных курортах, четвертые собирали
коллекции или кутили с цыганками. Нет, не безудерж·
ная жаждаудовольствий была главной причиной возник·
новения подмосковных шедевров.
Лучшие подмосковные nоявлялись у тех, кто возво·
дил великую Российскую империю. Полководцы и госу
дарственные деятели сознавали, что в стремительном ро·
сте могущества российского есть доля и их труда. Зани
мая высшие посты в государстве, они олицетворяли его
величие и славу.
Положение обязывало. Даже в быту творцы побед ге
роического <<екатерининского века>> продолжали выnол
нять свою высокую миссию. Их городской дом, загород
ная усадьба возводились не как семейное жилище, а как
общественный центр, как парадное представительство
великого человека великой страны.
Поражавшая иностранцев московская широта души
была отражением национального характера. Среди вла
дельцев легендарных подмосковных находим только пред·
ставителей старинных русских дворянских родов. Хотя,
в целом, высший свет пестрел немецкими фамилиями.
Жить в загородном имении хуже дворян из многократ
но битых на полях сражений стран Европы или вельмож
поверженной Турции считалось ударом по престижу Рос·
