50
ий Громыко. Андрей Громыко. Полет его стрелы
ское скорбное настроение. Под стать ему были и события
в Москве, где проходили похороны Леонида Брежнева.
Американское телевидение их целиком показало. Про
щальные речи, открытый гроб с телом покойного, суро
вые, как им и подобает быть на похоронах, лица членов
Политбюро, поддерживавших на своих плечах гроб на
пути к свежевырытой могиле за мавзолеем Ленина. Не
сти гроб им было не тяжело, помогали несколько дюжих
парней в военной форме. Среди скорбно стоявших около
могилы опечаленных родственников выделялись статные
фигуры генерала Чурбанова и дочери Бре{Кнева Галины
в каракулевой шубе. Многие плакали, вытирая слезы.
Стоял мороз. При виде всего этого мtie стало как-то
не по себе. На этом холоде осунувшиеся лица членов пра
вящей советской верхушки, уже час мерзнувших под ак
компанемент траурных речей и грохот орудийного про
щального салюта, смотрелись плохо. Пожалуй, наибо
лее моложаво среди них выглядел отец.
По возвращении в Москву, на следующий день, ближе
к вечеру, выехал на дачу в Заречье. Отец с работы еще не
вернулся. Из бильярдной раздавался треск шаров, мой
племянник Андрей тренировался для того, чтобы обыгры
вать гостей. От этого он получал несказанное удовольствие.
«Анатолий Андреевич, идите сюда, сыграем партию»,
-
донесся до меня его голос. Я отказался, так как у меня не
было настроения, и прошел в обитую светлыми деревян
ными паиелями столовую. Там в ожидании отца мать ру
ководила подготовкой ужина: «Только что позвонили по
связи из машины, папа скоро будет»,- сказала она. «Ну,
как прошла твоя поездка в Америку?» Я только начал рас
сказывать о Золотом мосте, парящем над холодными во
дами Сан- Францисского залива и соседствующей рядом с
ним в нескольких километрах хорошо просматриваемой в
ясную погоду знаменитой тюрьме Алькатраз, как в прихо
жей стукнула дверь- приехал отец. Я извинился, встал и
вышел к нему навстречу. Отец уже входил в гостиную.
Я быстро подошел к нему, мы обнялись и поцеловались.
И тут отец отступил от меня на два шага, принял боксере-
