ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СЕВЕРНАЯ ВОЙНА
в Путивле, в Крупицах, в Рыльске, в Городище, в Нежи
не, в Киеве, и около тех мест, а сам царь- в Глухове. От
ближнего соседства с москвичами чинятся нам некоторые
безупокойства и частыереконтры между их и нашими пар
тиями, в которых наш генерал Мейерфелт и полковники
Дюкер и Тауб в недавных числах означили себя.
Не могу видеть, чтоб с нашей алияциею с генералом Ма
зепою по нашему чаянию что делалось. Також не обретаю
я, чтоб сии люди так в готовности были с нами соединить
ся, како мы преж сего верили, но противно оному мно
гие, которые в начале наши партии были, ныне перешли
к неприятелю. Простой народ начинает ворчать против
своего генерала, поиеже привел иностранныя войска в их
землю. И сказывают, искать интерес панов хочет, токмо
все бремя будет лежать на нас, и что нам промышлять тот
провиант на армию самим надобно к разорению нашему
и фамилии нашей, когда другие в такой печали. Вкратце
сказать, я обретаюсь в обществе людей больше склонных к
москвичам, нежели к шведам. И так то велико, что может
часто збираться купами и вред нам чинить. Какое щастие,
недавно посланный от генерала Мазепы в Царьград, чтоб
наговорить оному двору, дабы крымские татары к нам
в помощь прислали, получил еще не явлено ведомость,
только опасаемся, чтоб уже москвичи не помешали, и оный
великим числом денег мир купили. Прошлые ночи поехал
сквозь сие место от короля шведского нарочной куриер,
и я не мог подлинной никакой ведомости получить, за
чем оной послан, токмо мнят, что к королю Станиславу
призывать оного с своею армиею к служению с королем
шведским всей земле.
207
