ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СЕВЕРНАЯ ВОЙНА
тиллерии серьезно заботит нехватка офицерских кадров.
28
марта в письме к Меншикову, пожелавшему отозвать
к себе артиллерийского поручика Кнебеля, Брюс писал:
<<А изволите достаточно ведать по многим моим донесе
ниям, что превеликую скудость имеем в начальных людях,
от чего (ежели дело позовет) могу великое бедство при
нять. А верховных офицеров и поныне кроме полковника
и маеора, всего один капитан, да четыре поручика, и с вы
шеписанным>>. И далее Яков Вилимович <<всеуниженно>>
просит, если это возможно, оставить поручика Кнебеля в
артиллерии. В письмах к П.С. Салтыкову
(20
и
21
апреля),
отвечая на его просьбу прислать в Смоленский гарнизон
сведущего в лабораторных работах артиллериста, Брюс
пишет, что он послал одного поручика, <<который гораздо
в делах артиллерийских искусен, что такова у нас в ар
тиллерии и не осталось, и с ним
5
бомбардиров, <<которые
могут припасы в лаборатории готовить>>. А специальных
лабораторных служителей в артиллерии нет, и послать
он больше никого не может из-за <<Оскудения людей в по
левой артиллерию>.
И позже ситуация с офицерскими кадрами не изме
нилась.
6
июня в письме брату Роману Вилимовичу Брюс
просит его не задерживать штык-юнкера Беренса, сопро
вождавшего в Санкт-Петербург рудокопного и пушеч
ного мастера Берхрата:
<< ...
и вы, по:жалуйте, отправьте
штык-юнкера лаки к нам на почтовых лошадях, поиеже
нам немалая есть нужда в офицерах>>. Да и профессио
нализм командных кадров в отдельных елучаях желал
много лучшего. Как это произошло с упомянутым уже
пресловутым поручиком Борном Гендриком, которого
Брюсу рекомендовали как очень сведущего в артиллерии
169
