ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СЕВЕРНАЯ ВОЙНА
лись с предписаниями, получаемыми на имя этих подчи
ненных прямо от царя Петра или короля Саксонского.
21
марта Брюс, уже вызываемый Петром к армии,
двинувшейся на турок, писал князю Г.Ф. Долгорукому:
<<В приказаином мне деле не вижу, чтоб какой прок был,
а не дождався указ, ехать ко армее опасаюсЬ>>. Действи
тельно, не удовлетворяла Брюса дипломатическая дея
тельность, тем более связанная с <<выбиванием>> денег.
Поэтому, когда пришел ожидаемый указ, Брюс с радостью
16
апреля выехал из Данцига. По дороге к армии он испол
нил дипломатические поручения во Львове.
29
мая вступил
в командование артиллерией, состоявшей из
122
орудий
(наполовину полковых),
16
поитонов на телегах и
200
под
вод спораховыми ящиками, не считая телег, нагруженных
бомбами и ядрами. В рапорте фельдмаршалу Шереметеву
говорилось: <<Вашему Превосходителству во известие до
ношу униженно, что я из Елбинга прибыл сюда ко армии
вчерашнего числа и не в малой печали обретаюся, что, как
стал при артиллерии служить, такого превеликого оску
дения и нужды в провианте артилериских служителей не
видал, из которых иные уже не ели ничего дней по пяти и
по шти (шести). И не чаю, чтоб могли в такую нужду оные
войти, ежели б я сам при них был, но надеюся, что оным
того б не было>>.
Прутекий поход
1711
года был вызван беспокойством
Турции, опасавшейся усиления России после Полтавской
битвы. Кроме того, Карл
XII
постоянно давил на своего
союзника, пугая его агрессивными замыслами Петра. Рус
ский царь полагал, что этим лохадом он сможет вновь про
должить решение задачи по выходу к Черному морю.
221
