ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СЕВЕРНАЯ ВОЙНА
капитан Брылкин, чего зазорюсь писать. Того ради прошу
вашего высокородия, дабы пожаловали онаго капитана
доношение выелушили и аще ли возможно по его проше
нию милостивое решение по желанию моему учинили>>,
писал Брюс боярину в ноябре
1707
года.
Ссора с Корчминым и далеко не простые отношения с
некоторыми высокопоставленными лицами из царского
окружения усложняли и без того трудную обстановку, в
которой приходилось действовать Я. В. Брюсу. Готовясь к
паходу в Литву, Яков Вилимович был вынужден постоянно
заниматься производством и распределением артиллерий
ских припасов. Пытаясь спасти военные запасы своего
ведомства в Москве <<от разорения>>, он резко ограничил
доступ к ним начальников различных рангов. Еще
29
марта
он отдал распоряжение Приказу артиллерии, категори
чески запрещающее отпускать какие-либо припасы без
его ведома.
<<По письмам полковничьим без моего ведома никаких
припасов отпускать не вели>>,
-
писал он Н.П. Павлову.
В августе Брюс требовал от дьяка еженедельных отчетов о
приходе и расходе артиллерийских припасов и денежной
казны.
Много сил и энергии пришлось затратить главному ар
тиллерийскому начальнику, чтобы обустроить артиллери
стов на зимних квартирах и создать им сносные условия
быта.
Я.В. Брюс был одним из немногих военачальни
ков
XVIII
века, которые относились к простому солдату не
как к <<nушечному мясу>>. Датский посланник при русском
дворе Георг Грунд писал о петровских солдатах: <<В Рос-
147
