Глава
VJ.
Дипломатия
-Хорошо, не будем вмешивать в это министра. Я раз
берусь сам, а потом позвоню. Только откровенно скажу,
Анатолий Андреевич, ни вы сам, ни кто-либо другой за
вас не просят, а у вас, между тем, есть основания для
продолжения дипломатической работы.
-
У нас каждого оценивают по способностям, но не
сыновей министров. К тому же я влюбился в черноко
жую даму
-
науку об Африке.
Выходя из кабинета Стукалина, которого отец очень
ценил, я дал себе слово никогда больше кадровыми ми
довскими вопросами не заниматься. Но, очевидно, и
одного этого ходатайства за молодого Андрея Козырева
достаточно, чтобы ныне, на пороге
XXI
века, поразмыш
лять, насколько сильны в истории роль субъективного
фактора и случайности.
Через несколько дней Стукалин мне позвонил и ска
зал, что Козырев продолжит работу в центральном ап
парате.
Так, волею судьбы, при участии Силаева, предсов
мина РСФСР, взявшего Козырева на работу министром
иностранных дел, а затем Ельцина, оставившего за ним
этот пост после разрушения СССР, вслед за Шеварднад
зе, Бессмертных и Панкиным в кабинет министра ино
странных дел вошел и сел за стол, за которым работал
много лет Андрей Громыко, Андрей Козырев. Первое, о
чем я подумал, услышав о его назначении, будет ли Ко
зырев ездить в Африку. Тем более что в
1991
году я про
должал работать директором Института Африки и по
тому написал ему деловое письмо с рядом предложений
по сотрудничеству с «Черным континентом» . Ответа на
свое письмо я не получил.
Наблюдая за работой Козырева в последующие годы ,
невольно сравнивал ее с деятельностью отца и пришел к
выводу, что не только дипломатический стиль тезок со
всем различен, но и само понимание характера между
народной среды (разнородна она или однородна), ба
зовых подходов к внешней политике резко отличалось .
Модель внешней политики Громыко напоминала проч-
279
