Исторшt жизни Феодора Алексееви•щ
325
него верных слуг, не хотевших оставить его в несчастии, покушались
было даже разлучить его с сыном Андреем, единственною его отрадою в
скорби. Но униженвыя мольбы превозмогли злобу неприятелей; сына ему
оставили . Этот Андрей, впоследствии граф Андрей Артемонович Мат
веев, имел тогда от роду около семи лет.
Ничто не может быть безсмыслеинее тех обвинений, которыя взвели
на Матвеева в Москве в то время, как он был в Лаишеве, или которых
ныткам и. l\обились от слуг его. Его обвинили в держании у себя чаро
дейских книг и в знакомстве с злыми духами . Николай Спафарий, ученый
грек из Молдавии, который находился в должности персводчика в Посоль
ском приказе в Москве и собирался тогда ехать при посольстве в Китай,
был обвинен в том, что обучал Матвеева и его сына чародейству. Другия
преступления и вины, о коих можно читать в оправдательных сочинениях
Матвеева, я для краткости опускаю. Хотя доводы его были очень осно
вательны, однако нимало не помогли ему. Челобитной его, писанной на
имя царя, в Казани не приняли, почему он взял ее с собою в Пустозерск,
место своей ссылки, самое необитаемое и неудобнос в целой России, если
исключи·1ъ некоторыя еще более отдаленныя места на севере Сибири.
Кажется, оно назначено для самых грубых преступников. О времени при
бытия сюда Матвеева нет известий налицо. Открывается только , что
первая его челобитная отправлена была им отсюда к царю 13-го июня
1676
года с одним путешественником, который охотно принял на себя это
поручени~ . Есть причина думать, что эта челобитная не дошла до царя,
no
крайней мере она осталась без действия. Летом
1679
года послал Мат
веев вторую челобитную, а в
1681
году третью, на которую наконец
вышло решение: Матвеев, хотя не был совершенно освобожден, однако
nолу,шл разрешение оставить грустный Пустазерек и поселиться сперва в
Мезени , а нотом в маленьком городке Луге; въезжать в Москву было ему
еще занрсщено. Подействовало ли ходатайство патриарха, которому он
отправил три письма вместе с челобитными царю, или его другия письма к
Jнатным придворным, после напечатанныя , или наконец смягчился ли
боярин Иван Михайлович жалобами Матвеева до сострадания, все это
неизвестно. Достоверно то, что добрый царь Феодор Алексеевич , извес
тившися о несправедливости возведенных на Матвеева обвинений, ста
рался прскратить преследование невиннаго, но чтобы предупредить мог
ШIJЯ нроиэойти смуты, не возвратил ему тотчас его достоинство и имения ,
а предоставил это времени. В "Истории .
малолетства Петра Великаго"
можно читать продолжение того, на чем мы з[\есь остановились, и не-
частную судьбу Матвеева .
В это же самое время в обстоятельствах другаго рода находился муж, с
избытком осыпанный милостями царя Алексея Михайловича, слишком
легко наказанный эа свои заблуждения, который, конечно, получил бы
прощение от царя Алексея, если бы согласился принять оное. Феодор ,
восше}\ШИ на престол, встретил этого честолюбца изъявлениями милости,
вероятно, убежденный к тому своими сестрами и тетками .
Это был
